исторические > Воронцов Михаил

Улица Воронцовская

Михаил Воронцов
Волшебный Алупкинский (Воронцовский) дворец подарила своему любимому зятю графу Михаилу Семеновичу Воронцову Александра Васильевна Браницкая – племянница Потемкина.
 
Имя Воронцова на Юге известнее самого Воронцова. Воронцовская – одно из тех старых названий улиц в Херсоне, которое хорошо помнят. Это нынешняя улица имени Коммунаров, ведущая к речному вокзалу от Святодуховской церкви. Коммунаров она стала в 1924 году (в 1919 году предлагалось также название имени Розы Люксембург). Это улица центральная, но недлинная, всего чуть больше километра. Может быть, поэтому ее название не на слуху, а может, и само название не очень «звонкое». Старожилы между собой называют ее по-прежнему Воронцовской. После Потёмкинской и Ришельевской это третья и последняя из «генерал-губернаторских» улиц исторического центра Херсона не только по расположению, но и по хронологии исправления Потёмкиным, Ришелье и Воронцовым этой должности.
Граф Михаил Семенович Воронцов был назначен Новороссийским и Бессарабским генерал-губернатором 7 мая 1823 года, через год после отъезда из Одессы Андро Ланжерона. С древнейших времен род Воронцовых был приближен ко Двору русских царей и императоров. Отец Михаила Семёновича – Семён Романович был русским послом в Англии, где Михаил в 1782 году родился и получил отличное образование, прожив там до 20-летнего возраста. В 1806-1814 годах он принимал участие в Наполеоновских войнах, в 1815-1818 годах командовал русским оккупационным корпусом во Франции.
Длительное пребывание за границей не прошло для Михаила Семёновича даром. Он продолжал дело своих предшественников по европеизации Новороссии, по проведению прогрессивных преобразований на юге России, чем с самого своего возникновения наш край особенно выделялся. Он преумножил развитие хлебных культур на месте пастбищ, улучшил виноделие, содействовал разведению тонкорунных овец, создал Общество сельского хозяйства Южной России. Интересно, что уже в 1820 году Воронцов задумывался о практическом претворении в жизнь отмены крепостничества. Воронцов управлял краем до 1854 года, успев прославить здесь свое имя на века и получив в 1845 году княжеское достоинство. Он был «англичанином» и по рождению, и по воспитанию, «был так же горд, холоден и властителен. Чем ненавистнее был ему человек, тем приветливее обходился он с ним; чем глубже вырывалась им яма, в которую собирался он пихнуть своего недоброхота, тем дружелюбнее жал он его руку в своей. Тонко рассчитанный и издалека заготовляемый удар падал всегда на голову жертвы в ту минуту, когда она менее всего ожидала такового», – писали о нем. Он вел себя не «по-русски», чем настораживал окружающих.
Историческую репутацию Воронцову, к тому же, сильно подпортил Александр Сергеевич Пушкин известной своей эпиграммой:
Полу-милорд, полу-купец,
Полу-мудрец, полу-невежда,
Полу-подлец, но есть надежда,
Что будет полным наконец.
Однако при этом нужно знать причину такой жестокой характеристики. Пушкин был влюблен в супругу Воронцова Елизавету Ксаверьевну (урожденная Браницкая, внучатая племянница Потемкина). Это не единственное увлечение Пушкина (как и ее), но одно из самых сильных. Многочисленные профили женской головы, кочующие по всем бумагам Пушкина одесского периода, относятся к Воронцовой. Известное стихотворение «Храни меня, мой талисман» поэт посвятил перстню, подаренному ею.
Пушкин часто обедал у Воронцовых, но при этом являлся ссыльным и находился под «наблюдением» графа. Возник любовный треугольник с выпадами насмешек и злобы с обеих сторон. В конце концов, Воронцов попросил о переводе Пушкина в другое наместничество: «Избавьте меня от Пушкина, это, может быть, превосходный малый и хороший поэт, но мне бы не хотелось иметь его дольше ни в Одессе, ни в Кишинёве». Затем последовала знаменитая командировка Пушкина в Херсон, Елисаветград и Александрию на «поиски» саранчи, с не менее легендарным отчетом об этой командировке:
Саранча
23 мая – Летела, летела
24 мая – И села;
25 мая – Сидела, сидела,
26 мая – Всё съела,
27 мая – И вновь улетела.
Пушкин воспринял командировку злейшей иронией со стороны Воронцова и ответил тем же. Через три месяца одесская ссылка Пушкина была заменена Михайловским. Но 3 апреля 1825 года у Елизаветы Ксаверьевны родилась дочь Софья; «девочка резко отличалась внешностью от остальных членов семьи». Таким образом, отношение Пушкина к Воронцову никак нельзя считать справедливым, и даже напротив, сам Воронцов слишком мягко поступил с Пушкиным, уважая его гениальность.
Воронцов отличался требовательностью, строгостью, но и справедливостью. Конечно, главное внимание он уделял благоустройству Одессы. Но Михаил Семёнович сыграл решающую роль в установке памятника Потёмкину в Херсоне в 1836 году, а главное, в открытии в Херсоне Училища торгового мореплавания в 1834 году. Теперь это «Херсонский морской институт», который в нынешнем году отмечает свое 170-летие.
Особенно тесных связей с Херсоном у Воронцова не было. Неизвестно и то, был ли дом Воронцова в Херсоне. Но один из теперешних райцентров Херсонщины принадлежал ему и сохранил его имя. С 1821 года имение Нововоронцовка перешло во владение Михаила Семеновича и стало показательным по разведению овцеводства и земледелия. Во второй раз он навестил это имение в 1856 году, устроив здесь замечательный садово-парковый ансамбль. Естественно, от него почти ничего не сохранилось. В единственной уцелевшей постройке ныне размещается районный музей.
При Воронцове было создано Черноморское пароходство. А ведь улица, носившая его имя в Херсоне, и ведет теперь к порту (до революции пристань находилась на набережной проспекта Ушакова). Значит, не зря старожилы между собой называют улицу Коммунаров Воронцовской!
 
Сергей Дяченко
2004