исторические > Махно Нестор

Тот самый Махно


«Встал бы батько наш Махно,
Не дал коммунистам
Хлеб мужицкий забирать
И в коммуне проедать…»
Так наивно пели крестьяне в 30-е годы, в период коллективизации в Украине. В это время Махно находился в эмиграции в Париже и особенно сильно рвался в Украину. Но вскоре, в 1934 году, в возрасте 46 лет «батько» уходит из жизни. Сказалось плохое здоровье, подорваное еще до революции туберкулезом и ампутацией одного легкого, а также одиннадцать покушений, тринадцать рубленых и огнестрельных ран.
Народ всегда пел песни о своих героях, будь то Стенька Разин или казак Голота. Ошибки, просчеты, жертвы уходили на второй план. Оставалась память о том, что сам Герой из народа и воевал за Народ. Забыты многие имена героев гражданской войны, но имя Махно известно всем. Ни один фильм о гражданской войне не обходится без «участия» Махно или частей его повстанческой армии. А его гениально простое изобретение, «тачанка», увековечено в бронзе - но уже как символ побед Красной Армии.
Трудно дать оценку такому вождю крестьян, как Нестор Иванович Махно, тем более, что информация о нем - что с белой стороны, что с красной - всегда была неправдивой и искаженной. Все годы независимой Украины историки выступали за то, чтобы правдиво переписать нашу историю, в том числе и период гражданской войны. Справедливо было бы и изменить дату окончания братоубийтвенной гражданской войны в Украине, поскольку она закончилась не разгромом Русской армии Врангеля 16 ноября 1920 года, а уходом Махно в Румынию 28 августа 1921 года.
В народе Нестора Махно называли «характерником». Характерник, по средневековому преданию, – это казак, заговоренный от пули и сабли, который мог улизнуть от любого противника, превратившись в волка. И действительно, характер Махно, в чем-то напоминал волка. Так же, как волк, он всегда нападал первым и мог просочиться сквозь любой непроходимый фронт.
Родился Нестор Махно в 1889 году в Гуляйполе в Украине. В 23 года за грабеж и убийство попал в Бу¬тыр-скую тюрьму и получил по¬жиз¬нен¬ное заключение. Там встретил анархиста Петра Аршинова, который стал его духовным учителем, другом, соратником, а впоследствии, и биографом. Основной политической идеей Махно было «безвластие».
После февральской революции 1917 года, вернувшись в Гуляйполе, Нестор становится вождем крестьян, гениальным организатором и военачальником. Он не был оратором, но его простые слова зажигали сердца тысяч людей.
Осенью 1919 года, в разгар гражданской войны, его армия насчитывала 100 тысяч человек. Тогда же ему удалось построить оригинальное анархическое общество – Южноукраинскую трудовую федерацию, которая продержалась 100 дней. Это было безвластное государство степной Украины. Строилось оно на принципах самоуправления и мыслилось как будущая модель для всего мира.
Никогда не обучаясь военному искусству и даже не послужив в армии, он успешно воевал против белых и красных, гетманцев и австро-немцев, французов и поляков. А с ноября 1920 года по август 1921-го (восемь месяцев) один на один вел борьбу с миллионной Красной Армией.
Долгое время для многих, даже для его соратников, оставалось загадкой, почему же все-таки Махно в 1920 году примкнул к Красной Армии. Многие историки обьясняли это непринятием тенденций Врангеля о «единой и неделимой России». Но на самом деле, у Советов он надеялся получить автономию Украины за помощь в разгроме Врангеля.
Как показали дальнейшие события, на уме у него были еще более «далеко идущие планы», свет на которые проливает опубликованный в 1990-е годы документ – разведдонесение Михаила Фрунзе из Гуляйполя, датируемое 23 ноября 1920 года: «Махно формирует армию для разоружения Красной армии, находящейся в Крыму. Махновские агитаторы всюду ведут агитацию среди красноармейских частей о переходе из Красной Армии к Махно».
Вот, оказывается, на что расчитывал Махно, переходя на сторону Красной Армии: разложить и переманить на свою сторону всю Красную Армию – не более и не менее. А следуя принципам его логики, можно предположить, что «батько», уничтожая в 1921 году все ростки Советской власти в Украине, мыслил уже не об автономии, а о целой Украине и даже России, надеясь на поддержку народа.
Об его неординарном уме ходили легенды. Нестандартное мышление не раз выручало его «сынков». Так, например, однажды, попав в окружение красных частей, он выхватил красное знамя и запел Интернационал, увлекая бойцов за собой. Красноармейцы подхватили песню, принимая махновцев за своих. Пока допели, Махно уже уходил со своим отрядом вдаль.
После разгрома Врангеля, осенью 1920 года сложилась интереснейшая ситуация. Красную Армию уже не отвлекали внешние враги, и она могла все силы сосредоточить на уничтожении махновской армии. Однако сделать это ей никак не удавалось. Парадокс заключался в том, что к концу 1920 года Махно имел всего 5-тысячную армию против Красной, в сотни раз превосходившей его. Настроения махновцев в тот период можно выразить словами одного из них, сказанных на допросе в ЧК: «Не будь красного террора, все готовы были разойтись по домам». Советы сами создали для повстанцев ситуацию: расстрел или смерть в бою.
Новогоднюю ночь 1921 года Махно встретил именно в бою. Казалось, удача не оставляет его армию. Махновцам удалось истребить весь «красный» штаб 14-й кавалерийской дивизии во главе с легендарным начдивом Пархоменко. 3 февраля Ленин писал заместителю председателя РВС Склянскому: «Еще одно предупреждение. Наше военное командование позорно провалилось, выпустив Махно (несмотря на гигантский перевес сил и строгие приказы поймать), и теперь еще более позорно провалится, не умея раздавить этой горстки бандитов… И хлеб, и дрова гибнут из-за банд, а мы имеем миллионную армию». Красной Армии пришлось пережить очередной позор: Махно и на этот раз не был пойман.
Успехи Махно обьяснялись доведенной до совершенства тактикой партизанской войны, которую впоследствии взяли на вооружение и Советы, и многие страны Европы и Азии. Его опыт будет использован и во время Великой Отечественной войны.
Нестор Махно хорошо учитывал нравственный элемент и элемент обстановки. Нередки были случаи, когда красноармейцы, увидев махновцев – обычных крестьян, недоумевали: зачем с ними сражаться, ведь это не буржуи или офицеры.
Агентура Махно располагала сведениями не только о численности, но и о национальном и классовом составе советских войск и, что особенно важно, об их моральном духе, настроении личного состава, взаимоотношениях между командирами и рядовыми красноармейцами. С учетом этих факторов он вел боевые действия: столкновений с одними он избегал, с другими, наоборот, искал сам, нападал внезапно и добивался успеха.
Отряды Махно были достаточно хорошо вооружены. Из арсенала военной техники того времени они широко использовали два его вида – винтовку и пулемет, применив их к своей тактике ведения боя. Причем из винтовки был сделан обрез, а пулемет был поставлен на тачанку.
В феврале 1921 года Армия Махно прошла по Херсонщине, двигаясь в сторону Азовского моря. Действуя на нашей территории, Махно не разорил ни одного бедняцкого хозяйства или кулацкого хутора, не взял силой у местных богачей ни одной лошади или телеги, не повредил ни одно железнодорожное полотно. Об этом свидетельствет документ, хранящийся в фондах Херсонского краеведческого музея.
Всеми своими действиями в этот период, он показывал, что борьбу ведет против Советов и Красной армии, а не против крестьян.
В феврале 1921 года отряд Махно метался по Херсонщине. В этой связи в Б-Александровской волости было объявлено военное положение и выставлены заставы. Уничтожив заставу в Большой Александровке, повстанцы заночевали в селе Староселье. Адьютанты Махно облюбовали для ночевки дом Матрены Чекамовой и заняли одну-единственную отапливаемую комнату, выгнав многочисленную семью в холодную. Через некоторое время к дому подъехала тачанка, где среди свиты сидел сам батько. Непрошеные гости заночевали, а наутро голодные ребятишки стали, толкаясь, заглядывать в комнату, где находился Нестор Махно – любопытство сильнее страха. Неизвестно, какие мысли и чувства присутствовали в тот момент в душе у непредсказуемого батьки. Известно только, что он поинтересовался количеством детей и приказал принести для них подарки, зная, что слух об этом распространится среди крестьян. Хозяйке дома была подарена шаль, хозяину – кожух, детям – полпуда муки и пачка сахара. Через несколько минут прозвучала команда «по коням», и армия понеслась навстречу своей агонии.
С тех пор сохранилась только шаль. Она находится в экспозиции Херсонского краеведческого музея – немногие «хранители истории» могут похвастаться такого рода экспонатами. Это великолепная шаль начала ХХ века из чистой шерсти. На темно-фиолетовом фоне – сложный растительный рисунок, выполненный черной букликрованной нитью. Матрена Ивановна всего лишь дважды надевала ее в церковь – берегла. Передавалась шаль из поколения в поколение с соответсвующим рассказом, который хранила семья. Любопытная деталь: потомки Матрены Чекамовой, справедливо решив, что место этой шали в музее, принесли ее в Херсонский краеведческий музей. Это случилось 14 февраля 2006 года в день всех влюбленных – день Святого Валентина и ровно через 80 лет после всей этой истории.
Есть в музее еще любопытные экспонаты: штемпель и самодельная печать одного из махновских отрядов. Штемпель представляет собой металлический квадрат с надписью, сделанной вручную, на оборотной стороне припаян болт, представляющий своеобразную ручку. Печать – круглая, тоже самодельная. Тексты следующего содержания: «Крымский отряд товарища Володина имени батьки Махно. Свобода или смерть». На печати, в духе корсаров, эмблема – сердце, пронзенное кинжалом.
Удалось установить, что действительно летом 1920 года в Крыму по приказу батьки Махно действовал, в числе других отрядов, и отряд Володина Василия Герасимовича, 1890 года рождения. Известно также, что он был командиром «мелитопольского направления» армии Махно. Весной 1920 года Володин был схвачен врангелевской контрразведкой и удерживался в симферопольской тюрьме. В июле 1920 года Врангель пытался заключить союз с Махно, в связи с этим выпустил Володина и даже присвоил ему звание полковника. С сентября 1920 года, когда Махно вступил в союз с Красной Армией, Володин со своим отрядом в 300 бойцов беспрерывно вредил Врангелю, мешая мобилизации, грабя военные обозы и расстреливая попавших в руки белых офицеров. Отряд Володина принес много неприятностей, действуя в тылу Врангеля, однако был пойман, расформирован, а сам Володин по приказу Кутепова был расстрелян в том же 1920 году.
Печать была найдена в 1969 году сотрудником краеведческого музея Августом Вирличем в Новотроицком районе. Она хранилась, неизвестно почему, в сельсовете – вместе с советскими печатями.
Итак, все еще находясь на Херсонщине, 14 марта 1921 года Махно в очередной раз был ранен. «12 верст меня везли, не перевязывая, на пулеметной тачанке, и я совершенно было сошел кровью» – вспоминал он позже в своих дневниках.
В июле 1921 года «батько» с отрядами пронесся по Поволжью, хотел идти в Сибирь, но удручающая картина надвигающегося голода изменила его направление. Махно резко повернул на запад. Прорыв на запад был самым трудным. Каждую версту приходилось преодолевать с боями. К этому времени против Махно стали выступать те, кто еще недавно поддерживал его. По рассказам очевидцев, 13 августа в селе Мишурино крестьяне ночью набросились на его отряд и, раненный шестью пулями, Махно бежал в степь.
22 августа 1921 года в очередном бою пуля попала Махно чуть ниже затылка с правой стороны и прошла навылет в правую щеку. Видевшие это были уверены, что «батьку» застрелили. И в пятый раз газеты написали о его гибели. Однако Фрунзе, чтобы удостовериться в этом, поручил все тщательно проверить – и факт не подтвердился. Махно и после такого ранения оставался жив. Как уж тут не поверить в заговор от пули.
Через 7 дней после этого ранения Махно с отрядом в 78 человек прорвался в Румынию. Он надеялся, что временно, только на лечение и отдых. Но жизнь распорядилась иначе…
Итак, все вышеописанное приводит нас к любопытным выводам. На борьбу с крестьянско-повстанческой армией Махно Красная Армия затратила больше времени, чем на разгром армии Врангеля. «Красная» и «белая» историография преуменьшала роль и значение махновского движения. Генералам неловко было признавать, что бил их простой украинский мужик. Махновская вольница была очень близка по настроению к запорожскому казачеству. Возможно, именно в этом и был заложен секрет успехов махновской армии, секрет притягательности и интереса к ее лидеру, пролившему реки крови во имя идеи «безвластия», но воспетого народом.
Ольга Гончарова