"Актриса Феллини"


Вас воспринимают как комедийную актрису. Не мешает ли это в серьезных, драматических ролях?
Может быть… Российская группа сейчас снимает фильм, и слава Богу, они меня не видели ни в одной комедийной передаче – сразу дали драматическую роль. Женщина, у которой муж попадает в тюрьму: его несправедливо обвиняют в убийстве. И вот я переживаю все страдания, стараюсь спасти его – в общем, трагическая судьба. Скоро выходит новый 8-серийный фильм «Происки любви». Режиссер Олег Гойда мне в открытую сказал: «Тамара, если бы я тебя не видел в спектакле в драматической роли – я бы тебя тоже не пригласил». Знаете, часто меня сравнивают с актрисой Феллини. Феллини никогда не смотрел, где какой ярлык… К сожалению, ярлык пытались приклеить мгновенно. Но я стараюсь разнообразить грани даже в комедийной роли. «Мамаду» и «Долгоносики» – это был такой жанр интересный, но там все же клоунада на первом месте – и попробуй докажи, что ты можешь не только это…
А не боялись ли Вы идти в этот проект, заранее зная, что обязательно навесят ярлык?
А я привыкла к ним. На каждый жанр мне новый ярлык приклеивают. Уже их очень много, этих ярлыков, поэтому я не боюсь. А стараюсь я работать везде – на эстраде, на телевидении, в кино, на радио, концертная деятельность – везде, где можно. Даже в эстрадном проекте Петросяна у нас был дуэт. Я играла «крутую». Петросяну так понравилось, что он даже просил авторов текста передать этот сюжет Елене Степаненко. Я даже преподавала – была художественным руководителем театрального колледжа в Киеве. Но все не успеваю, пришлось от чего-то отказываться. Пока отказалась от преподавания: это я всегда успею, а роли, которые от меня уходят, надо ловить.
Есть роли, которые хотелось бы сыграть, но… не поймала?
Если честно, я не задумывалась. То ли это в генах у меня, то ли я привыкла к этому – никогда не мечтать. Надо делать. А роль, которую ты должна получить, к тебе обязательно придет. Я все свое сыграю, а что мне не положено – ко мне и не приблизится.
Что для вас работа в рекламе и как вы к ней относитесь?
Мягко говоря, не очень хорошо. Если тебя любит зритель, то рекламой можно так достать его, так надоесть, что он тебя просто разлюбит. С рекламой нужно быть очень осторожными. Поэтому я работу в рекламе сократила до минимума – еще старые одна-две остались. Сейчас уже отказываюсь – даже за любые деньги. Подсознательно понимаю, что не стоит. О других молчу: каждый выбирает сам. Я не осуждаю тех, кто снимается, но для меня реклама не несет позитива… Это временное «заробітчанство», а не искусство. А я все же люблю искусство.
К сожалению, мы очень мало знаем о Вашей работе в театре. Хотелось бы узнать поподробнее.
Сейчас меня больше занимает кино – мне это интересно. Но успеваю играть и в театре. Уже более 700 раз сыграла «За двома зайцями», играю в «Севильських заручинах», «Дяде Ване» – это совсем другая роль, противоположная моему амплуа. Был мюзикл, французский водевиль в постановке Владимира Бегмы, там я пела и играла Полин – женщину «полулегкого» поведения. В репертуаре были и драматические роли – такие как Элизабет в спектакле «Игры в замке Эльсинор». Она тоже своего мужа защищает – он продался врагам, скажем так. У нее очень глубокий драматический монолог: «Ти не мій Чарльз! Ти не мій Чарльз! Мій Чарльз дужий і сміливий. Мій Чарльз зробив з мене актрису – з мене, простої чабанки. Як плакала юрба на майданах, коли я грала зі своїм Чарльзом!». И в конце слезы… Хорошо, когда роль яркая, разнообразная – тода поле деятельности шире. А там, где есть поле деятельности, можно и поработать, себя проявить, чего-то добиться от себя.
А бывало, что от роли отказывались?
Редко, но было. У нас был спектакль «Сад Марат», где играли сумасшедших. Меня назначили на сумасшедшего Наполеона – я эту роль не прочувствовала, не хотела ее напрочь. И вообще, те роли, которые несут негатив, я стараюсь обходить. Была у меня одна такая негативная роль в кино «Сад Гефсиманский» – энкаведистка, которая делала допросы. Некоторые даже не поверили, что это я: «Она такая мягкая в жизни», – говорят. Кстати, режиссер даже боялся брать меня на эту роль: «Ты ее не сыграешь, нужно быть сволочью в жизни, чтобы ее сыграть». – «А давайте попробуем», – мне самой было интересно, на перевоплощение. Такую гадюку сыграла, что когда фильм посмотрели друзья и родители, то сказали: «Тома, больше не снимайся в таких ролях».
Значит, Тамара Яценко вне сцены – мягкая и пушистая. А есть что-то такое, что эта женщина категорически не будет делать дома? Готовить, например?
Я всегда была противником женского рабства и выступала за свободу женщин. Я ведь родилась в селе под Киевом. Даже с папой спорила всегда за свободу мамы. Хотя папа прекрасный был, но мама, як усі наші жінки: з ранку до останку вони повинні працювати, до кінця віддані чоловікам. Понимаю, что можно быть преданной, но, извините, когда уже без меры – это не для меня. Мужчина у меня категорически не стоит на первом месте. Я к этому однозначно отношусь.
Но ведь наши мужчины к такому не привыкли…
Потому у меня таких и нету – трактористов. Как сказали одни мои родственники: «Якби в мене була жінка артистка – я б повісився». Прямым текстом. Но им приятно, когда можно сфотографироваться, когда друзья спрашивают, не родственница ли. А жінку вони хочуть домашню, тиху, пушисту, щоб вона варила, готувала і не пікала. Меня это не устраивает. Но ведь бывают и другие мужчины, которые в первую очередь хотят общения с женщиной. И у меня как раз один из таких. Кстати, он раньше работал в херсонском театре – Олег Коваленко. Сейчас он снимается немного на Мосфильме, в «Штрафбате» снялся – тоже энкаведиста играл. Семья у нас по энкаведистам пошла. Вообще, женщина имеет право на творчество. Для меня творчество на первом месте. Я всегда предлагаю поменять лозунг «Буде хліб – буде и пісня» на «Буде пісня – тоді буде и хліб». Песня – это в первую очередь культура. Будет эстетика, будет духовное начало – тогда к нам все придет, экономика моментально поднимается. В Японии же сделали эксперимент, поставили на первое место духовность – так у них и техника, и все пошло очень высоко вверх. У нас, к сожалению, в первую очередь про колбасу думают. Нет, нет и еще раз нет! Вначале духовность, вначале культура, а только тогда придет остальное. Но не все это понимают, к сожалению.
Хотелось бы услышать ваши пожелания читателям.
Самое главное – чтобы люди были счастливы, чтобы получали то, что они хотят. А чтобы что-то получить – нужно вложить. Сколько вкладываешь – столько и получаешь. И если добро кому-то шлешь – обязательно в тройном размере тебе приходит добро. Часто люди не понимают, откуда берется зло. Там руководят моментально. Если я даже пошлю какую-то негативную мысль – отвечаю за это тут же, на месте, моментально – мне даже долго ждать не придется. Я понимаю, за что меня наказывают. Но мы же люди – не ангелы. Мы учимся и на своих ошибках. Будем же друг другу улыбаться и желать добра. А наш народ достоин лучшего. Хотелось бы, чтобы лучшее с каждым днем приходило в нашу жизнь. У меня есть любимая фраза. Когда спрашивают, как дела, я говорю: «Лучше, чем вчера, но хуже чем завтра». Это значит, что завтра будет лучше, будет перспектива. Этим и живем.
Лариса Жарких